Сегодня 21 июля 2019 года
Для слабовидящих

Обзор практики применениями судами постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 мая 2016 г. № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» за II полугодие 2017 года

PDFПечатьE-mail

Обзор практики применениями судами постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 мая 2016 г. № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» за II полугодие 2017 года

В регионе деятельности Северо-Кавказского таможенного управления на протяжении длительного периода времени традиционно складывалась отрицательная судебная практика по спорам, связанным с корректировкой таможенной стоимости товаров. Как отмечалось в предыдущих обзорах судебной практики, основная доля решений принималась не в пользу Дагестанской таможни. Кардинального изменения судебной практики удалось достичь после принятия Пленумом Верховного Суда Российской Федерации постановления от 12 мая 2016 г. № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее – постановление Пленума).

В обзоре судебной практики по итогам I полугодия 2017 года было отмечено о формировании Арбитражным судом Республики Дагестан своей позиции по рассмотрению споров о корректировке таможенной стоимости товаров, в то время как Арбитражный суд Ставропольского края придерживался особого мнения по спорам данной категории, продолжая принимать решения не в пользу Минераловодской таможни.

К концу 2017 года ситуация по данной категории споров заметно улучшилась и для Минераловодской таможни. Так, из 20 вынесенных судебных актов в пользу Минераловодской таможни судом первой инстанции рассмотрено 11 судебных дел (не в пользу – 9). Все судебные акты, вынесенные не в пользу таможенного органа, были обжалованы в вышестоящие судебные инстанции. При этом 3 судебных акта в отношении индивидуального предпринимателя «У», вынесенные не в пользу таможни, судом апелляционной инстанции были отменены, по делам приняты новые судебные акты об отказе в удовлетворении заявленных требований (судебные дела №№ А63-12935/2016, А63-12934/2016, А63-15819/2016).

Принимая судебные акты в пользу таможенного органа, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Пунктом 4 статьи 65 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее - ТК ТС) предусмотрено, что таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

По результатам контроля заявленной таможенной стоимости в соответствии с пунктом 14 Порядка контроля таможенной стоимости товаров, утвержденного Решением Комиссии Таможенного союза от 20 сентября 2010 г. № 376 (далее – Порядок), таможенным органом были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные декларантами при декларировании товаров сведения могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены.

В ходе таможенного контроля таможенный орган установил, что представленные к таможенному оформлению документы и сведения не основаны на количественно определяемой и документально подтвержденной информации, а также недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу определения таможенной стоимости.

В связи с этим таможней приняты решения о проведении дополнительной проверки, а декларантам были направлены запросы о предоставлении дополнительных документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.

Однако, дополнительные документы и сведения декларантами в таможенный орган не представлены, либо представленные документы и сведения не устраняли послужившие основанием для проведения дополнительной проверки сомнения в достоверности сведений, заявленных в декларации на товары (далее – ДТ) о таможенной стоимости товаров и правомерности ее определения по цене сделки на основании представленных декларантами документов.

Суды отмечали, что действия лиц, ввозящих товар на таможенную территорию государства, соответствовали бы принципам разумности и осмотрительности, предъявляемым к поведению участников гражданского оборота, если бы такие субъекты при ввозе товаров по цене, значительно отличающейся от цен сделок с однородными товарами, заранее собирали доказательства, подтверждающие такую цену сделки (определения Верховного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2015 г. №№ 303-КГ15-10416, 303-КГ15-10774).

Со ссылкой на пункт 7 постановления Пленума суды указывали, что таможенная стоимость, определяемая по стоимости сделки с ввозимыми товарами, не может считаться документально подтвержденной и количественно определяемой, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в представленных им документах информация о цене не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

Признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться, в частности, в ее значительном отличии от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных представителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов.

Пунктом 17 постановления Пленума предусмотрено, что по смыслу пункта 1 статьи 4 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25 января 2008 г. "Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза" (далее – Соглашение) примененная сторонами сделки цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за ввозимые товары, признается неприемлемой для целей таможенной оценки, несмотря на достоверность представленных декларантом сведений, если установлены условия или обязательства, влияние которых на продажу или цену ввозимых на таможенную территорию товаров невозможно измерить в стоимостном (денежном) выражении.

Судам следует учитывать, что основанный на данной норме Соглашения отказ таможенного органа от применения первого метода определения таможенной стоимости должен быть обоснован наличием конкретных условий или обязательств (в том числе информация о которых не представлена декларантом таможенному органу), способных оказывать такое влияние.

В соответствии со статьей 69 ТК ТС при проведении контроля таможенной стоимости товаров до их выпуска у декларанта возникает обязанность представить запрашиваемые таможенным органом дополнительные документы и сведения либо представить в письменной форме объяснение причин, по которым они не могут быть представлены. Декларант вправе доказать достоверность сведений и правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости.

При этом в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений, декларанты не освобождены от обязанности доказывания обстоятельств, на которые они ссылаются как на обоснование своих требований.

Учитывая то обстоятельство, согласно которому в ответ на запрос таможенного органа о предоставлении дополнительных документов в обоснование применения первого метода оценки таможенной стоимости товара декларантом такие документы представлены не были, основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости не устранены, что в соответствии с пунктом 21 Порядка явилось основанием для принятия должностным лицом таможенного органа решения о корректировке заявленной таможенной стоимости товаров исходя из имеющихся документов и сведений с учетом информации, полученной самостоятельно при проведении дополнительной проверки.

Поскольку стоимость сделки, являющаяся основой для определения таможенной стоимости по первому методу, декларантами не подтверждена, не соблюдены требования, установленные пунктом 3 статьи 2 Соглашения, доводы декларантов о том, что заявленная ими таможенная стоимость товара по спорным ДТ основана на достоверной и документально подтвержденной информации, судами признаны необоснованными и противоречащими пункту 4 статьи 65, статье 68 ТК ТС. В отмеченных судебных актах применена правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 3 мая 2017 г. по делу № 306-КГ16-15912.

Однако несмотря на общую тенденцию к положительному для таможенных органов разрешению споров, связанных с корректировкой таможенной стоимости, после принятия постановления Пленума, Арбитражный суд Республики Северная Осетия-Алания придерживается иного мнения по спорам указанной категории.

Так, по делу № А61-1113/2017 удовлетворено заявление Общества с ограниченной ответственностью «М» к Северо-Осетинской таможне о возложении обязанности возвратить излишне взысканные таможенные платежи в размере более 1 млн. руб.

Проверяя законность произведенной Северо-Осетинской таможней корректировки таможенной стоимости по многочисленным спорным ДТ, суд установил следующее.

Отклоняя первый метод определения таможенной стоимости, таможенный орган исходил из следующих признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости: установлены более низкие цены декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные и однородные товары, при использовании системы управления рисками выявлены риски недостоверного декларирования таможенной стоимости товаров (контрактом предусмотрено согласование наименования (ассортимента), цены и количества товара в инвойсе, отсутствует прайс-лист производителя, отсутствуют пояснения по факту наличия/отсутствия страхования).

Дополнительно запрошенные документы Общество с ограниченной ответственностью «М» представить отказалось в соответствии с объяснениями по каждой ДТ. Изложенные обстоятельства явились основанием к принятию решений о корректировке таможенной стоимости товаров.

Как отметил суд, в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 5 постановления Пленума, система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, основанная на статье VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции. При этом за основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В пункте 10 постановления Пленума указано, что согласно пункту 1 статьи 68 ТК ТС единственным основанием для принятия таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости является ее недостоверное заявление декларантом в том числе в связи с использованием сведений, не отвечающих требованиям пункта 4 статьи 65 ТК ТС и пункта 3 статьи 2 Соглашения.

В связи с этим при разрешении споров о правомерности корректировки таможенной стоимости судам следует учитывать, какие признаки недостоверного заявления таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно представленных декларантом.

Со ссылкой на пункт 7 постановления Пленума суд указал, что проверка достоверности сведений, представленных таможенным органам при совершении таможенных операций, осуществляется путем их сопоставления с информацией, полученной из других источников, анализа сведений таможенной статистики, обработки сведений с использованием информационных технологий, а также другими способами, не запрещенными таможенным законодательством Таможенного союза. При проведении таможенного контроля таможенный орган вправе мотивированно запросить в письменной форме дополнительные документы и сведения с целью проверки информации, содержащейся в таможенных документах.

Также по смыслу Соглашения в ходе таможенного оформления товаров у декларанта возникает обязанность представить имеющиеся у него документы с целью подтверждения соответствия контрактной и таможенной стоимостей товара. В связи с этим таможенный орган обязан опровергнуть, при необходимости, сведения декларанта и доказать обратное - несоответствие действительной стоимости товаров стоимости, заявленной в таможенных целях. Декларант не обязан, а вправе доказать достоверность сведений. Поэтому отсутствие у него тех или иных документов, запрошенных таможенным органом, не может однозначно свидетельствовать о неопределенности и недостоверности заявленных в таможенных целях сведений, если они подтверждаются и (или) не опровергаются иными документами (доказательствами). Таким образом, право таможенного органа подвергнуть сомнению истинность и достаточность представленной декларантом ценовой информации не может рассматриваться как произвольно (бездоказательно) позволяющее ему осуществлять корректировку таможенной стоимости товаров. Кроме того, непредставление дополнительно запрашиваемых документов не может свидетельствовать о недостоверности и неопределенности данных, использованных заявителем при определении таможенной стоимости товара по первому методу.

Из содержания пункта 7 постановления Пленума следует, что выявление отдельных недостатков в оформление представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 4 статьи 65 ТК ТС и пункта 3 статьи 2 Соглашения.

Судом первой инстанции установлено, что представленные заявителем документы полностью соответствовали указанным выше нормам таможенного законодательства. Представленные декларантом документы являются необходимыми и достаточными для подтверждения заявленной при таможенном оформлении стоимости ввезенных товаров.

Как указал суд, законодательством не предусмотрена обязанность заявителя предоставлять в таможенный орган экспортную декларацию страны отправления, прайс-лист производителя, документы об оприходовании аналогичного товара по предыдущим поставкам товара.

Таким образом, заявитель не должен иметь экспортную декларацию (ее перевод), прайс-лист производителя в силу закона в связи с чем таможенный орган не вправе требовать данные документы. Документы об оприходовании аналогичного товара по предыдущим поставкам декларант также не должен представлять в силу закона.

Представление банковских документов по оплате предыдущих партий товара, поставленных в счет контракта с приложением инвойсов, по которым произведена оплата, также не предусмотрено законодательством.

Суд посчитал, что таможня не привела объективных причин необходимости запроса у заявителя такого документа, как калькуляция себестоимости товара, документально подтвержденных пояснений о снижении стоимости товара с детализацией по видам расходов, пояснений по физическим характеристикам качества и репутации на рынке ввозимого товара.

Кроме того, экспортная декларация, прайс-лист, инвойс являются документами, оформляемыми продавцом, то есть иностранным контрагентом общества и ответственность за ненадлежащее оформление или непредставление данных документов не может быть переложена на российского резидента.

Само по себе непредставление обществом дополнительно запрошенных таможней бухгалтерских документов об оприходовании, реализации декларируемого/идентичного товара, поставляемого в рамках одного и того же контракта; расчета стоимости перевозок, транспортных тарифов, актов выполненных работ; документов о страховании груза; документов и сведений о физических характеристиках, качестве и репутации на рынке ввозимых товаров и их влиянии на ценообразование; калькуляции цены реализации товара на внутреннем рынке, а также бухгалтерских документов по реализации товара на внутреннем рынке Российской Федерации не является безусловным основанием для вывода о документальной неподтвержденности цены сделки, на основании которой общество определило таможенную стоимость ввозимых по спорным ДТ товаров.

Также задачей таможни является проверка ценового уровня товара на стадии внешнеторговой сделки - закупки его обществом у иностранного поставщика, который не находится на территории стран - членов Таможенного союза.

Таможня имела объективную возможность получить достаточную информацию о цене сделки и ее структуре из представленных обществом со спорными ДТ контрактов с приложениями к ним, инвойсов, являющихся, в соответствии с условиями контракта, его неотъемлемой частью, в которых согласованы, в том числе, ассортимент и цена поставляемой продукции.

Непредставление части дополнительных документов, при условии предоставления основных, обязательных для предоставления документов не может являться законным основанием для принятия таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости, так как в статье 4 Соглашения определен исчерпывающий перечень условий, при наличии которых невозможно применение первого метода определения таможенной стоимости. В данный перечень, в качестве основания для отказа в применении первого метода, не входит непредставление дополнительных документов (прайс-листы, экспортные декларации и т.п.) и согласие декларанта с корректировкой таможенной стоимости.

Суд пришел к выводу, что документы по страхованию товара декларант не должен был представлять, так как поставка производилась в соответствии с контрактом на условиях CPT, документы по оплате товара не могли быть представлены декларантом, так как на момент декларирования товара срок оплаты еще не наступил.

Довод таможенного органа о том, что контрактами предусмотрена возможность предоплаты и заявитель должен был озаботиться тем, чтоб иметь платежные документы для подтверждения таможенной стоимости, судом не приняты, так как контрактами предусмотрено альтернативное право заявителя внести предоплату или оплатить после получения товара в течение определенного срока. Таким образом, внесение предоплаты являлось правом заявителя, а не обязанностью.

Реализация заявителем своего права, предусмотренного условиями контрактов на оплату товара в течение определенного срока, сама по себе не свидетельствует о недостоверности заявленной декларантом таможенной стоимости.

Соответственно, на дату декларирования товара декларант на законных основаниях не имел документов по оплате товара, и соответственно не мог их представить таможенному органу, о чем таможенный орган должен был знать.

Как указал суд, исходя из правовой позиции, приведенной в пункте 7 постановления Пленума, документальная неподтвержденность заявленной таможенной стоимости заключается в следующем:

1) отсутствие документального подтверждения заключения сделки в любой не противоречащей закону форме;

2) отсутствие в документах, выражающих содержание сделки, информации о цене, которая не соотносится с количественными характеристиками товара;

3) отсутствие в документах, выражающих содержание сделки, условий оплаты за товар и условий поставки;

4) наличие доказательств недостоверности таких сведений, а также, если отсутствуют иные сведения, имеющие отношение к определению стоимости сделки в смысле приведенных норм Соглашения.

Из анализа представленных при таможенном оформлении документов суд установил, что первые три из вышеперечисленных обстоятельств не имели места, а конкретных указаний на недостоверность сведений, содержащихся в представленных заявителем документах, таможенным органом не сделано.

Кроме того, противоречий между одними и теми же сведениями, содержащимися в различных документах, относящихся к спорным ДТ и контрактам, судом не выявлено.

Судом установлено, что все необходимые документы, были предоставлены при подаче ДТ, что подтверждается описью документов.

Обществом были представлены экспортные декларации по всем поставкам, в которых указана стоимость товара, условия поставки, которые полностью совпадают со стоимостью товара и условиями поставки, указанными заявителем в спорной декларации. Судом не выявлено противоречий между представленными заявителем коммерческими документами и экспортными декларациями.

Представление по ряду поставок экспортных деклараций без перевода не может являться доказательством, свидетельствующим о недостоверности заявленной таможенной стоимости.

Судом установлено, и материалами дела подтверждено, что существенные условия контрактов сторонами исполнены, претензий по ассортименту, количеству, цене ввезенного товара у сторон друг к другу не имеется.

На основании вышеприведенной позиции Верховного Суда Российской Федерации суд указал на несоответствие материалам дела доводов таможни о том, что данные, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости, не подтверждены документально в полном объеме.

Суд пришел к выводу, что корректировка таможенной стоимости товаров произведена неверно, поскольку согласно выпискам из ДТ, полученных из Информационно-аналитической системы "Мониторинг-Анализ", корректировка таможенной стоимости осуществлялась на основе товаров, количество, наименование, фирма изготовитель, условия поставки, страна происхождения, несопоставимы с количеством, наименованием, фирмой изготовителем, условиями поставки, страной происхождения поставляемых в адрес общества.

Как указал суд, вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о несопоставимости условий сделки, поэтому разница таможенной стоимости товаров, задекларированных в спорных декларациях, и товаров, указанных в выписках ДТ, полученных из Информационно-аналитической системы "Мониторинг-Анализ", не может свидетельствовать о недостоверности заявленной таможенной стоимости товаров, ввезенных заявителем.

Документы, представленные заявителем и документы, представленные таможенным органом, полученные после проведения дополнительной проверки и вынесения спорных решений о корректировке таможенной стоимости, суд не принял в качестве надлежащих доказательств со ссылкой на пункты 8, 9, 11 постановления Пленума.

В рассматриваемом случае таможенный орган предоставил возможность декларанту представить дополнительные документы. Декларант отказался от их представления, о чем письменно сообщил таможенному органу.

Ссылка заявителя на то, что данными документами он не располагал на момент проведения корректировки таможенной стоимости, судом не принята, так как декларант не сообщил таможенному органу о причинах невозможности представления дополнительных документов и не указал, что они могут быть представлены позднее.

Таким образом, заявитель не обосновал наличие объективных препятствий для представления этих доказательств до проведения корректировки таможенной стоимости.

Таможенный орган не указал объективных причин, препятствовавших своевременному получению дополнительно представленных доказательств до вынесения решения о корректировке таможенной стоимости.

Более того, представленные таможенным органом письма от перевозчиков не оформлены надлежащим образом: не представлены доказательства полномочий лиц, подписавших данные письма, не указано, каким образом таможенным органом были получены данные письма. Факт принятия к перевозке и факт оплаты, на которые указано в данных письмах, не могут подтверждаться письмами (пояснениями) в отсутствие первичных документов. Документы, подтверждающие принятие перевозчиками груза к перевозке от заявителя, заключение договора перевозки перевозчиками с заявителем и доказательства оплаты перевозки заявителем, таможенный орган не представил.

На основании вышеизложенного суд пришел к выводу, что таможенный орган незаконно отказал в применении первого метода определения таможенной стоимости товаров, и принял решение об удовлетворении заявленных требований по делу № А61-1113/2017.

Справедливым будет отметить, что, несмотря на прямое противоречие некоторых вышеизложенных выводов Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания по делу № А61-1113/2017 выводам, изложенным в решениях арбитражных судов Ставропольского края (например, судебные дела №№ А63-12935/2016, А63-12934/2016, А63-15819/2016 в части непредставления декларантом дополнительно запрошенных таможенным органом документов без уважительных на то причин) и Республики Дагестан (например, судебное дело № А15-3877/2015 в части необходимости предоставления декларантом экспортной декларации), единой для всех указанных судов первой инстанции вышестоящей судебной инстанцией выводы нижестоящих судов поддержаны как в случае принятия решений в пользу таможенных органов, так и не в пользу последних.

Так, Шестнадцатый арбитражный апелляционной суд, пересматривая решение суда первой инстанции по делу № А61-1113/2017 пришел к выводу о том, что судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства по делу, правильно применены нормы материального и процессуального права, вынесено законное и обоснованное решение, и поэтому у арбитражного апелляционного суда отсутствовали основания для отмены или изменения решения Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания.

Учитывая изложенное, таможням региона деятельности Северо-Кавказского таможенного управления необходимо продолжить мониторинг практики применения судами постановления Пленума, активно используя в целях надлежащей судебной защиты положительную судебную практику иных таможенных органов по спорам, связанным с корректировкой таможенной стоимости товаров.