Сегодня 19 апреля 2019 года
Для слабовидящих

Обзор судебной практики таможенных органов региона деятельности Северо-Кавказского таможенного управления по различным категориям споров за 2018 год

PDFПечатьE-mail

Обзор судебной практики таможенных органов региона деятельности Северо-Кавказского таможенного управления по различным категориям споров за 2018 год

В 2018 году в производстве таможенных органов региона деятельности Северо-Кавказского таможенного управления (далее – Управление) находится 2266 судебных дел. Указанный показатель в сравнении с прошлым годом остался на прежнем уровне (2017 год - 2227 судебных дел).

В 2018 году прослеживается устойчивая положительная динамика сокращения доли судебных актов, принятых судебными органами не в пользу таможенных органов - указанный показатель составил лишь 7% (120 дел из 1652 рассмотренных), в то время как в 2017 году - 13 % (64 дела из 476 рассмотренных).

В настоящем обзоре в целях формирования положительной судебной практики приводится анализ судебных актов, принятых по различным категориям споров в пользу таможенных органов, а также для исключения аналогичных нарушений – вынесенных не в пользу таможенных органов.

Споры об обжаловании постановлений о привлечении к административной ответственности

Общество «Р» обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Дагестанской таможни о привлечении к административной ответственности по статье 16.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) в виде взыскания штрафа в размере 50 000 руб.

13.06.2018 решением Арбитражного суда Республики Дагестан по делу № А15-2643/2017, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2018, в удовлетворении заявления Общества «Р» отказано.

22.11.2018 постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа судебные акты по данному делу отменены, постановление Дагестанской таможни по делу об административном правонарушении признано незаконным в связи со следующим.

Суд установил, что Общество «Р» осуществляло перевозку товара, который направлялся из Турецкой Республики перевалкой со станции Поти Республики Грузия транзитом через Республику Азербайджан на станцию Атырау Республики Казахстан. На территорию Российской Федерации товар ввозило не с целью выпуска его в обращение на данной территории, а для помещения под режим таможенного транзита и дальнейшего ввоза на территорию Республики Казахстан.

По смыслу пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 28.11.2015 № 583 «О мерах по обеспечению национальной безопасности Российской Федерации и защите граждан Российской Федерации от преступных и иных противоправных действий и о применении специальных экономических мер в отношении Турецкой Республики» (далее - Указ № 583) запреты и ограничения адресованы органам государственной власти Российской Федерации, федеральным государственным органам, органам местного самоуправления, юридическим лицам, образованным в соответствии с законодательством Российской Федерации, организациям и физическим лицам, находящимся под юрисдикцией Российской Федерации.

Перевозка товара (томатов свежих) в рассматриваемом случае осуществлялась между двумя иностранными государствами (Турцией и Казахстаном), и, следовательно, на данную перевозку действие Указа № 583 не распространяется.

Статьей 3 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – ТК ТС), действующего по 31.12.2017, установлено, что национальное законодательство государств - членов Таможенного союза не является источником права в области таможенных правоотношений, и если в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза таможенное регулирование в Таможенном союзе осуществляется в соответствии с законодательством государства - члена Таможенного союза, такое законодательство действует на территории этого государства - члена Таможенного союза.

Из этого следует, что если Российская Федерация вводит какие-либо ограничения, то они могут применяться только к импорту, но не к таможенному транзиту. Данный вывод также следует из пункта 4 статьи 3 ТК ТС, устанавливающей, что при перемещении товаров через таможенную границу с нарушениями требований, установленных таможенным законодательством Таможенного союза, применяются таможенное законодательство Таможенного союза, меры таможенно-тарифного регулирования, запреты и ограничения. Национальное законодательство применяется, если иное не установлено ТК ТС и (или) международными договорами государств - членов Таможенного союза.

Таким образом, правовые нормы национального законодательства (Указ № 583, Постановление Правительства Российской Федерации от 30.11.2015 № 1296 «О мерах по реализации Указа Президента Российской Федерации от 28.11.2015 № 583 «О мерах по обеспечению национальной безопасности Российской Федерации и защите граждан Российской Федерации от преступных и иных противоправных действий и о применении специальных экономических мер в отношении Турецкой Республики» (далее - Постановление № 1296), направленных на защиту экономики и интересов Российской Федерации, не может вводить ограничения на внешнеэкономическую деятельность для третьих лиц, которые не относятся к государствам, против которых направлены санкции Российской Федерации, и, следовательно, не распространяются на ввоз товаров на территорию Российской Федерации в режиме таможенного транзита.

В преамбуле Указа № 583 также определено, что данный акт издан в соответствии с Федеральным законом от 30.12.2006 № 281-ФЗ «О специальных экономических мерах» (далее - Закон № 281), направленным на защиту экономики Российской Федерации, а не на введение ограничений для третьих стран даже в случае, если товары, следующие из одного иностранного государства в другое, перемещаются по территории Российской Федерации в режиме таможенного транзита.

Исходя из части 1 статьи 4 Закона № 281 и отнесения Указа № 583, Постановления № 1296 к актам национального законодательства Российской Федерации, действие которых пространственно и персонально ограничено, введенные указанными нормативными правовыми актами специальные экономические меры могут распространяться лишь на товары, ввоз которых на территорию Российской Федерации является следствием внешнеэкономических операций, подпадающих под юрисдикцию Российской Федерации.

Следовательно, по отношению к товарам, являющимся предметом сделок, совершенных между лицами иностранного государства, лицами без гражданства, проживающими на территории иностранного государства, место совершения и исполнения которых находится за пределами Российской Федерации, положения ТК ТС, направленные на соблюдение указанных ограничений и запретов, применены быть не могут.

Данная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 07.03.2017 № 307-АД16-16770, от 09.04.2018 № 308-КГ17-17418.

Учитывая, что при ввозе спорного товара на таможенную территорию Таможенного союза перевозчиком представлены все необходимые документы, подтверждающие происхождение и качество товара, оснований сомневаться в выполнении процедуры таможенного транзита у таможни не имелось, так как в силу положений таможенного законодательства товар, помещенный под указанную процедуру, находится под таможенным контролем до ее завершения.

Суд кассационной инстанции также учел, что в соответствии с § 2 статьи 22 Соглашения о международном железнодорожном грузовом сообщении 1951 года перевозчик не обязан проверять правильность и достаточность сопроводительных документов, приложенных отправителем к накладной.

Прием к перевозке грузов в подвижном составе крытого типа, опломбированным с наложением запорно-пломбировочного устройства, или вагонах с наложением закруток установленного типа, в случаях, предусмотренных правилами перевозок грузов, производится перевозчиком без проверки грузов в вагонах путем проведения визуального осмотра коммерческого состояния вагонов (исправность запорно-пломбировочного устройства, закруток, люков, шелевок, обивки и т.п.) (пункт 23.1 Правил приема грузов к перевозке железнодорожным транспортом, утвержденных приказом Министерства путей сообщения Российской Федерации от 18.06.2003 № 28, действующих в спорный период).

К спорному товару таможня применила меры по контролю за запрещенной к ввозу в Российскую Федерацию продукцией, проставив на железнодорожной накладной отметку «Ввоз запрещен. Подлежит возврату. Постановление Правительства РФ от 30.11.2016 № 1296». Судом установлено, что Общество «Р» выполнило требование таможни, вывезя 01.01.2017 в составе поезда вагон с указанным товаром за пределы таможенной территории Таможенного союза на территорию Республики Азербайджан.

О наличии сомнений в подлинности ветеринарных и фитосанитарных сопроводительных документов или оснований полагать, что доставка спорного товара не будет завершена в месте, расположенном за пределами территории Российской Федерации, а также возможном выпуске продукции в обращение на территории Российской Федерации таможня ни в ходе рассмотрения материалов дела об административном правонарушении, ни в ходе судебного разбирательства, доводы не приводила. Такие обстоятельства и не являлись причиной привлечения Общества «Р» к ответственности.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии в действиях Общества «Р» состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена статьей 16.3 КоАП РФ, что является обстоятельством, исключающим привлечение его к административной ответственности.

Административной комиссией Промышленного района муниципального образования города Ставрополя (далее – Комиссия) 28.03.2018 в отношении Минераловодской таможни вынесено постановление о назначении наказания по делу об административном правонарушении (далее – Постановление) о признании Минераловодской таможни виновной в совершении административного правонарушения, квалифицированного по статье 4.12 Закона Ставропольского края «Об административных правонарушениях в Ставропольском крае» от 10.04.2018 № 20-кз и назначении административного наказания в виде административного штрафа в размере 15 000 рублей в связи с неуплатой за пользование парковкой на платной основе.

Так, 13.02.2018 в соответствии с путевым листом должностными лицами таможни был осуществлен выезд в г. Ставрополь с целью решения служебных задач в связи с необходимостью представления интересов таможни в Управлении Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю (далее – УФАС по СК), находящейся в г. Ставрополь. Выезд должностных лиц таможни был осуществлен на автомобиле, принадлежащем таможне на праве оперативного управления. Транспортное средство было размещено на парковке, расположенной на автомобильной дороге общего пользования местного значения, используемой на платной основе, за нахождение на которой не была произведена оплата.

С вышеуказанным Постановлением Минераловодская таможня не согласилась и обратилась в Промышленный районный суд города Ставрополя с жалобой на Постановление. В качестве доводов таможней было указано о несоответствии платной парковки требованиям действующего законодательства, а также о невозможности внесения платы за стоянку в связи с отсутствием какой-либо информации о местонахождении паркомата и способах оплаты за стоянку на платной парковке.

Судьей Промышленного районного суда города Ставрополя не были приняты во внимание указанные выше доводы. По делу № 12-578/2018 18.07.2018 вынесено решение об отказе в удовлетворении жалобы Минераловодской таможни и оставлении Постановления без изменения, указав о том, что водитель транспортного средства обязан знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правила дорожного движения Российской Федерации. Требования о применении статьи 2.9 КоАП РФ также остались без удовлетворения в связи с тем, что правонарушение, допущенное таможней, свидетельствует о нарушении общественных правоотношений в области благоустройства города.

Не согласившись с указанными выше актами таможней направлена жалоба на решение Промышленного районного суда города Ставрополя и Постановление в Ставропольский краевой суд.

Постановлением Ставропольского краевого суда от 02.11.2018 указанное решение суда первой инстанции отменено.

Ставропольский краевой суд руководствовался тем, что представленными доказательствами подтверждается факт нахождения транспортного средства на момент фиксации административного правонарушения во временном пользовании другого лица, что является основанием для освобождения Минераловодской таможни от административной ответственности, предусмотренной статьей 4.12 Закона Ставропольского края от 10.04.2008 № 20-кз «Об административных правонарушениях в Ставропольском крае».

Споры о признании недействительными требований таможенных органов об уплате таможенных платежей

Общество «А» обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с заявлением к Дагестанской таможне о признании недействительными требований об уплате таможенных платежей.

Решением суда от 12.04.2018 по делу № А15-6514/2017, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 20.07.2018, в удовлетворении требований отказано.

Судебные акты мотивированы тем, что оспариваемые требования обоснованно выставлены таможней Обществу «А» как таможенному представителю, который в силу пункта 6 статьи 60 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон о таможенном регулировании), действующей до 04.09.2018, несет солидарную с декларантом ответственность по уплате таможенных платежей.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.11.2018 судебные акты отменены ввиду следующего.

Как установлено материалами дела, Общество «А», являясь таможенным представителем, произвело декларирование товаров, ввезенных ООО «Н» в 2012, 2015 гг.

В ходе таможенного декларирования таможня не приняла заявленную таможенную стоимость товаров и приняла решения о ее корректировке, что повлекло дополнительное начисление к уплате ООО «Н» таможенных платежей, которые последнее уплатило.

В рамках дела № А15-2048/2015 арбитражным судом рассмотрены требования ООО «Н» об обязании Дагестанской таможни возвратить излишне уплаченные таможенные платежи, в том числе по спорным ДТ.

Решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 08.10.2015, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2016 по делу № А15-2048/2015, требования удовлетворены.

На основании указанного решения суда таможня в соответствии со статьей 147 Федерального закона о таможенном регулировании приняла решение о возврате декларанту излишне уплаченных таможенных платежей и пеней по спорным ДТ и перечислила указанную сумму на счет ООО «Н».

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.04.2016 решение от 08.10.2015 и постановление апелляционного суда от 12.01.2016 по делу № А15-2048/2015 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела решением суда от 10.02.2017, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 19.05.2017 и кассационного суда от 15.09.2017, в удовлетворении требований ООО «Н» отказано.

Суды по делу № А15-2048/2015, принимая окончательные судебные акты об отказе ООО «Н» в удовлетворении требований, не разрешили вопрос о повороте исполнения отмененного судебного акта – решения Арбитражного суда Республики Дагестан от 08.10.2015. Таможня с соответствующим заявлением в суд не обращалась.

Таможня составила корректировки деклараций на товары от 15.06.2017 для взыскания таможенных платежей, возвращенных ООО «Н» на основании решения суда.

В Общество «А» таможня направила спорные требования об уплате таможенных платежей.

Суды, отклоняя доводы Общества «А» относительно решений о корректировке таможенной стоимости товаров по спорным декларациям на товары от 15.06.2017, сделали обоснованный вывод об отсутствии в данном случае таможенного контроля в отношении ООО «Н». Судебные инстанции правильно указали, что задолженность образовалась в результате исполнения таможней впоследствии отмененного судебного акта.

Между тем, вывод судебных инстанций об отсутствии механизма восстановления в бюджете указанной суммы, является ошибочным.

В силу положений статьи 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» и статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные акты являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Все действия должника, производимые в рамках судебного процесса и направленные на добровольное исполнение предъявленного к нему требования, законность которого подтверждена решением суда, следует рассматривать в качестве исполнения судебного акта.

Согласно части 1 статьи 325 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если приведенный в исполнение судебный акт отменен полностью или в части и принят новый судебный акт о полном или частичном отказе в иске, либо иск оставлен без рассмотрения, либо производство по делу прекращено, ответчику возвращается все то, что было взыскано с него в пользу истца по отмененному или измененному в соответствующей части судебному акту.

Как истолковал указанные положения Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в постановлении от 14.12.2010 № 3809/07, таким образом, предусмотренный в указанной статье Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации институт поворота исполнения судебного акта призван восстановить права ответчика, которые были нарушены в результате исполнения судебного акта, впоследствии отмененного судом вышестоящей инстанции или тем же судом, пересмотревшим дело по вновь открывшимся обстоятельствам.

В деле № А15-2048/2015 Общество «А» не участвовало, денежные средства к нему на основании отмененного судебного акта не поступали, права таможни получением денежных средств во исполнение отмененного судебного акта Общество «А» не нарушило.

Пунктом 6 статьи 60 Федерального закона о таможенном регулировании предусмотрено, что таможенный представитель несет солидарную с декларантом или иными представляемыми им лицами обязанность по уплате таможенных платежей вне зависимости от условий договора таможенного представителя с декларантом и иными представляемыми им лицами при декларировании товаров и (или) их выпуске, т. е. в рамках таможенных правоотношений.

В рассматриваемом случае правоотношения во возврату неосновательно полученных денежных средств не относятся к таможенным правоотношениям, в рамках которых предусмотрена солидарная ответственность таможенного представителя и декларанта.

ТК ТС не предусматривает оснований для возникновения солидарной ответственности при возврате в бюджет денежных сумм, выплаченных на основании впоследствии отмененного судебного акта. Учитывая изложенное суд кассационной инстанции пришел к выводу, что вынесение таможенным органом требований об уплате таможенных платежей в отношении Общества «А» на основании статьи 91 ТК ТС является неправомерным.

Споры о признании незаконными решений, действий (бездействия) таможенных органов и (или) их должностных лиц, связанных с совершением таможенных операций, проведением таможенного контроля

В Ленинский районный суд г. Махачкалы Республики Дагестан обратилась гражданка И. с административным исковым заявлением к Дагестанской таможне о признании незаконными решений таможенного поста Аэропорт Махачкала о задержании принадлежащего ей товара - ювелирные изделия и передаче его на склад временного хранения (далее – СВХ) Махачкалинского таможенного поста Дагестанской таможни, а также обязании его возврата на таможенный пост и оформлении его убытия в упрощенном порядке.

Решением Ленинского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 10.07.2018 по делу № 2а-2523/2018 требования истца были удовлетворены в полном объеме.

Обстоятельства дела.

В феврале 2017 г. гражданка И. ввезла авиарейсом Стамбул-Махачкала на территорию Российской Федерации ювелирные изделия в количестве 86 шт., не задекларировав их таможенному органу, что явилось основанием для возбуждения дела об АП по части 1 статьи 16.2 КоАП РФ, и изъятию товара в качестве вещественного доказательства по делу об АП.

После вступления в силу постановления по делу об АП и оплаты штрафа гражданка И. обратилась в Дагестанскую таможню с заявлением об убытии товара. На данное заявление Дагестанской таможней предложено осуществить декларирование товара в соответствии с выбранной таможенной процедурой в порядке статьи 109 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС).

27.03.2018 должностным лицом таможенного поста Аэропорт Махачкала Дагестанской таможни был составлен протокол задержания и в последующем товар передан на СВХ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 92 ТК ЕАЭС документы и сведения, указанные в подпункте 1 пункта 2 настоящей статьи, не предоставляются для убытия иностранных товаров с таможенной территории Евразийского экономического союза (далее – ЕАЭС) в случае, если эти иностранные товары после прибытия на таможенную территорию ЕАЭС не покидали места перемещения товаров через таможенную границу ЕАЭС.

Как указал суд первой инстанции, из приведенных норм следует, что вопрос о том, необходимо ли было заполнение декларации на указанный в иске товар находится в зависимости от того, покидал ли товар место перемещения через таможенную границу ЕАЭС.

Судом первой инстанции не учтены доводы таможни о том, что товар дважды покидал место перемещения через таможенную границу ЕАЭС: первоначально при направлении на экспертизу по делу об административном правонарушении, повторно в результате передачи товара на СВХ Дагестанской таможни, расположенный за пределами таможенного поста Аэропорт Махачкала. Соответственно, в данном случае гражданке И. требуется подать таможенную декларацию.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что приведенные положения статьи 92 ТК ЕАЭС нельзя трактовать как формальные, оценке подлежат причины, по которым товар покидал таможенный пост.

Судом первой инстанции указано, что направление на экспертизу произведено помимо воли истицы, назначение экспертизы являлось необходимым условием рассмотрения и разрешения дела об административном правонарушении, в связи с чем направление и производство в отношении товара экспертизы не должно препятствовать возможности оформления убытия товара в упрощенном порядке (без декларирования). По мнению суда первой инстанции иное толкование норм закона означало бы, что любой товар, в отношении которого проводилось рассмотрение дела об АП, уже по факту данного рассмотрения лишен возможности оформления убытия в упрощенном порядке. Кроме того, формальное толкование также ставило возможность реализации прав и законных интересов лица, оформляющего убытие, в зависимость от воли таможенного органа, способного своими действиями исключить таможенное оформление в упрощенном порядке.

Дагестанская таможня не согласилась с решением суда, обжаловав его в вышестоящую судебную инстанцию. По результатам апелляционного пересмотра 18.10.2018 определением Верховного Суда Республики Дагестан решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления гражданки И. отказано ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 379 ТК ЕАЭС товары и документы на них, которые не являются предметами административных правонарушений или преступлений либо которые являются такими предметами, но не изъяты либо не арестованы в ходе проверки сообщения о преступлении, в ходе производства по уголовному делу или по делу об административном правонарушении (в ходе ведения административного процесса), в случаях, предусмотренных пунктом 5 статьи 98 ТК ЕАЭС, задерживаются таможенными органами.

Согласно пункту 5 статьи 98 ТК ЕАЭС товары, не помещенные на временное хранение в срок, указанный в пункте 4 настоящей статьи, задерживаются таможенным органом в соответствии с главой 51 ТК ЕАЭС.

Пунктом 4 статьи 98 ТК ЕАЭС предусмотрено, что товары, изъятые или арестованные в ходе проверки сообщения о преступлении, в ходе производства по уголовному делу или по делу об административном правонарушении (ведения административного процесса) и подлежащие таможенному декларированию, в отношении которых было принято решение об их возврате, в том числе в случае отмены решения о конфискации товаров либо замены наказания (взыскания) в виде конфискации иным видом наказания (взыскания), должны быть помещены на временное хранение не позднее 10 календарных дней со дня, следующего за днем вступления в силу решения суда или уполномоченного органа (должностного лица) о привлечении к административной ответственности.

Положения вышеуказанного пункта не применяются, если в отношении указанных в этом пункте товаров до истечения срока, предусмотренного этим пунктом для помещения товаров на временное хранение, подана таможенная декларация (пункт 6 статьи 98 ТК ЕАЭС).

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 92 ТК ЕАЭС предусмотрено, что независимо от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, для убытия товаров с таможенной территории ЕАЭС перевозчиком либо иным лицом в соответствии с пунктом 8 настоящей статьи представляются: декларация на товары или ее копия, транзитная декларация в отношении товаров, указанных в пункте 3 настоящей статьи, либо сведения о декларации на товары или транзитной декларации, если такая декларация на товары или транзитная декларация не представляется в соответствии с пунктом 2 статьи 80 ТК ЕАЭС, либо иной документ, допускающий вывоз товаров с таможенной территории ЕАЭС.

Согласно подпункту 1 пункта 4 данной статьи ТК ЕАЭС установлено, что документы или сведения, указанные в подпункте 1 пункта 2 настоящей статьи, не представляются для убытия иностранных товаров с таможенной территории ЕАЭС, если эти иностранные товары после прибытия на таможенную территорию ЕАЭС не покидали места перемещения товаров через таможенную границу ЕАЭС.

В соответствии с абзацем 3 пункта 4 статьи 258 ТК ЕАЭС до совершения таможенных операций, связанных с таможенным декларированием, либо при отказе таможенным органом в выпуске товаров для личного пользования указанные товары для личного пользования могут быть помещены на временное хранение, а товары для личного пользования, которые находятся в местах перемещения товаров через таможенную границу ЕАЭС, - также вывезены с таможенной территории ЕАЭС, если такие товары после ввоза на таможенную территорию ЕАЭС не покидали место прибытия, либо ввезены из места убытия обратно на таможенную территорию ЕАЭС.

В случае невозможности выпуска товаров для личного пользования таможенным органом по причине несоблюдения условий выпуска и не совершения в отношении товаров для личного пользования таможенных операций, предусмотренных пунктом 4 настоящей статьи, такие товары задерживаются таможенными органами в соответствии с главой 51 ТК ЕАЭС (пункт 5 статьи 258 ТК ЕАЭС).

Апелляционный суд указал: из анализа приведенных норм следует, что убытие иностранных товаров с таможенной территории ЕАЭС без подачи таможенной декларации допускается при условии, что они после прибытия на таможенную территорию ЕАЭС не покидали места перемещения товаров через таможенную границу ЕАЭС и на момент убытия находятся в местах перемещения товаров через таможенную границу ЕАЭС.

В то же время по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 16.2 КоАП РФ, в связи с назначением товароведческой экспертизы товара, последний в полном объеме передавался эксперту для проведения исследования, за пределами места прибытия на таможенную территорию ЕАЭС.

Таким образом, указанный товар покидал место прибытия на таможенную территорию ЕАЭС, в связи с чем к спорному товару положения статей 92, 258 ТК ЕАЭС не могут быть применены. Товар фактически покинул место прибытия на территории ЕАЭС по причине неправомерных действий заявителя. Таким образом судебная коллегия согласилась с доводами Дагестанской таможни о законности решения таможенного органа по задержанию товара и передаче его на склад временного хранения Махачкалинского таможенного поста Дагестанской таможни.

При ввозе товара в установленном порядке (декларирование, представление всех необходимых для таможенных целей сведений и документов) без нарушения таможенных правил, его убытия в упрощенном порядке допускается, например, в случае отсутствия денежных средств для уплаты таможенных платежей или невозможности соблюсти иные условия выпуска товара для внутреннего потребления.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции признал, что обжалуемое решение суда первой инстанции является незаконным и необоснованным, что послужило причиной его отмены.

Споры, связанные с обжалованием решений, действий (бездействия) таможенных органов и (или) их должностных лиц при определении, заявлении и контроле таможенной стоимости

В 2017 году Обществом «М» подано в Арбитражный суд Республики Дагестан 1 081 заявление о признании незаконными решений о корректировке таможенной стоимости товаров Дагестанской таможни на сумму более 37 млн. рублей.

К настоящему времени в пользу Дагестанской таможни уже рассмотрено 1000 дел, по одному из дел (№ А15-3474/17, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.06.2018) судебные акты пересматривались кассационной инстанцией и оставлены в силе.

Обстоятельства дел.

Управлением в отношении Общества «М» проведена камеральная таможенная проверка по вопросу достоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров, в части невключения в ее структуру расходов за транспортировку товара.

По результатам проведенной камеральной таможенной проверки установлено нарушение в части документального подтверждения сведений, относящихся к определению таможенной стоимости товаров, повлекшее уменьшение суммы подлежащих уплате таможенных платежей.

Указанные обстоятельства послужили основанием для принятия решений о корректировке таможенной стоимости товаров.

Также таможенным органом в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий у перевозчика была запрошена информация о предоставлении договоров об оказании услуг международных перевозок грузов, а также документов об оплате за оказанные транспортные услуги.

Согласно полученному ответу, данной компанией (перевозчиком) с российскими компаниями, указанными в письме оперативной таможни, не был подписан ни один долгосрочный договор. Все договоры водитель и грузоотправитель заключали в устной форме. Отправителю или же получателю не были выставлены счета на оплату и не оплачивались. Оплату за перевозку груза водитель получал наличными на выгрузке.

Опрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля водитель транспортного средства подтвердил вышеуказанную информацию.

Между тем Общество «М», ссылаясь на условия внешнеторгового контракта, утверждало, что транспортные расходы по перевозке груза до таможенной границы ЕАЭС понесены продавцом товара и включены в стоимость, указанную в инвойсе продавца.

Суд, сопоставив содержание инвойса продавца в электронном виде и на бумажном носителе, установил, что электронный инвойс содержит ссылку на контракт, в нем указаны условия поставки товаров - DAP Яраг-Казмаляр, в то время как на бумажном носителе инвойса такие сведения не содержатся, то есть инвойс не идентифицируется с контрактом.

По требованию суда Обществом «М» представлен подлинник контракта, который по своему объему и содержанию также не идентифицировался с электронным контрактом, представленным Обществом в таможенный орган при декларировании товаров, по наименованиям пунктов, количеству и содержанию подпунктов. Имелись расхождения в сроках оплаты за товар.

В силу указанных обстоятельств контракт на бумажном носителе не признан относимым и допустимым доказательством по данному делу, в связи с чем суд счел, что товары в данном случае ввозились не во исполнение внешнеторгового контракта. При отсутствии заключенного внешнеторгового контракта ссылку Общества «М» на условия поставки товаров DAP Яраг-Казмаляр суд посчитал несостоятельной. В таких случаях в инвойсе продавца должны быть оговорены существенные условия договора поставки, такие как условия поставки товаров и порядок, сроки их оплаты. Инвойс продавца на бумажном носителе таких сведений не содержит. Доказательства оплаты за товары по ценам, указанным в инвойсе продавца, Обществом «М» в материалы дела также не представлены.

Оценив относимость, допустимость, достоверность каждого из вышеуказанных доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд указал, что выводы таможенного органа о недостоверности заявленных Обществом «М» сведений о таможенной стоимости товаров и необходимости включения в ее структуру транспортных расходов являются обоснованными.